The New York Times рассказала, что российские богачи выводят деньги из страны: возможности инвестировать уже не те
Global Look Press
Волнение в среде российских богачей нарастает: условия для сохранения и инвестирования их состояний в России становятся все хуже. Популисты радуются, но само по себе такое развитие событий "может превратиться в экономическую угрозу", пишет американская The New York Times в статье, посвященной случаю с российским металлургическим магнатом Николаем Максимовым.

Максимов полагает, что дело в отношении него "заказали" конкуренты. "Я был в списке Forbes; теперь я отправляюсь в тюрьму. Нормально. Это Россия", - сетует предприниматель, "один из богатейших людей России", которого в феврале арестовали по подозрению в отмывании крупной суммы денег, а потом отпустили под залог.

Проблемы у него начались три года назад, когда он подал в суд на другого металлургического магната, Владимира Лисина, говорится в статье, которую приводит сайт InoPressa.ru. Максимов и Лисин договорились, что Лисин купит 50% принадлежавшей Максимову "Макси-групп", чья рыночная стоимость после выплаты всех задолженностей на тот момент оценивалась в 1,2 млрд долларов. Новолипецкий металлургический комбинат Лисина выплатил 317 млн долларов, а остаток суммы должен был перевести на счета Максимова в течение 90 дней - после внешнего аудита долгов "Макси-групп", - но платить отказался. Юристы Лисина заявили, что Максимов выводил крупные суммы из компании на счет своей девушки и по совместительству партнера по бизнесу в обмен на находившиеся в ее собственности акции дочерних компаний.

По условиям договора, такие споры должны были разрешаться международной арбитражной комиссией. Максимов утверждает, что ему предложили урегулировать вопрос в досудебном порядке с выплатой 100 млн долларов, но он это предложение отверг. 14 февраля он созвал пресс-конференцию в московском отеле Marriott. Кроме журналистов, на нее пришел человек с автоматом Калашникова.

Максимова отвезли в одно из отделений полиции и пристегнули там к стулу. Следователь поднял вопрос о мировой с Лисиным, спросив: "Вам предложили 100 млн долларов. Почему вы не взяли?" Еще раз эта тема всплыла перед посадкой в самолет, на котором Максимова должны были доставить в Екатеринбург, в тюрьму. "Тюремные люди вам не понравятся. Не вашего типа люди", - намекнули бизнесмену.

Антон Базулев, который отвечает в компании Лисина за внешние сношения, заявил, что мировую Максимову Новолипецкий металлургический комбинат не предлагал и его арест не организовывал, а лишь передал в полицию доказательства предполагаемого мошенничества, как того требует российское законодательство. Через пять дней после ареста Максимова отпустили под залог, а в марте Международный коммерческий арбитражный суд в Москве присудил ему оставшиеся невыплаченными 287 млн долларов. По правилам Торговой палаты, этот приговор окончательный и пересмотру не подлежит, продолжает The New York Times, однако российские суды решение арбитража не признали.

Новолипецкий металлургический комбинат заявляет, что оспорил сорвавшуюся сделку с Максимовым в 141 российском суде, 90 из которых вынесли решение в пользу Лисина. Также в судебном порядке было установлено право российских судов претендовать на передачу дел в их юрисдикцию даже в том случае, если стороны договора выбрали для урегулирования споров арбитраж. Этот прецедент также может стать препятствием для иностранных инвестиций, отмечает The New York Times.

То, что после судебных коллизий осталось от состояния Максимова, он передал в ведение холдинговой компании, зарегистрированной в Великобритании. Судьба самого бизнесмена остается под вопросом: "Мы расцениваем это как вымогательство", - заявил адвокат Максимова Владимир Мельников.

"Когда в России в начале 1990-х восторжествовали капитализм и демократия, многие решили, что новый класс промышленников станет опорой государства, заменив Компартию, Красную армию и КГБ. Однако при Путине, ветеране КГБ, спецслужбы восстановили свои позиции в обществе и бизнесе", - делится наблюдениями корреспондент NYT.

В то же время, последние выборы, по его мнению, показали "охлаждение части российских избирателей к Путину... В 2000 году, впервые баллотируясь в президенты, он обещал уничтожить олигархов "как класс", но этого не произошло", зато до сих пор процветает "покровительственная система, при которой спецслужбы имеют точки пересечения с крупным бизнесом", - вспоминает The New York Times дело Магнитского.

70 млн долларов - таков прогноз по оттоку капиталов из России к концу текущего года. Если верить главному московскому экономисту Deutsche Bank Ярославу Лисоволику, это сводит на нет рост доходов от подорожавшей нефти. Эксперты полагают, что к 2014 году сальдо текущих операций России станет отрицательным. Если этот прогноз оправдается, российская экономика, подобно американской, будет зависеть от притока инвестиций.

"Скромные" успехи в привлечении иностранного капитала имеются, признает The New York Times, но "проблема в том, что на каждую зарубежную компанию, которая инвестирует, ...приходится куда больше российских предпринимателей, которые уходят, сочтя риск слишком большим". "Удивительно дело: с иностранным инвесторами у них получается гораздо лучше, чем с местными", - поражается главный российский экономист Goldman Sachs Клеменс Грейф.