Главный стратег BGC Financial по мировым рынкам Майкл Пёрвз, не в силах понять, "бычий" сейчас рынок или "медвежий", решил придумать третье состояние и назвал рынок "волчьим".
"Волк - животное, очевидно, более мелкое, чем бык или медведь, но очень быстрое и решительное", - цитирует эксперта Wall Street Journal. Поэтому, когда надо было описать состояние частых и резких колебаний (высокой волатильности), быстрых изменений цен на рынках производных инструментов, ориентированности на краткосрочную перспективу, - Пёрвз избрал именно этого, далеко не самого крупного хищника.
Аналитик считает, что, получив весьма мощную встряску в 2008 году, инвесторы пока не решаются на долгосрочные инвестиции и зарабатывают на краткосрочных колебаниях котировок. Еще один нюанс, которым характеризуется нынешнее состояние рынков - повальное увлечение техническим анализом, основанном на изучении графиков и рядов данных, в ущерб анализу фундаментальному, черпающему исходную информацию в новостях и экономической статистике.
Продлится этот "волчий" рынок, по мнению стратега, до того момента, когда окончательно стало понятно, смогла американская, а с ней и мировая экономика выбраться из кризиса, или весьма умеренный рост этого года был лишь временной передышкой. Определенность должна наступить не раньше следующего года.
Следует отдать должное Майклу Пёрвзу, эпитет для описания нынешнего состояния финансовых рынков подобран весьма успешно. Вот только возникает серьезное сомнение в том, что в следующем году ситуация изменится. Скорее всего, особенности, присущие "волчьему" рынку, останутся надолго, и будут присутствовать даже когда направление движения цен станет более определенным.
Дело в том, что причина описанных стратегом BGC Financial особенностей кроется не столько в неуверенности инвесторов, сколько во все более широком распространении так называемых торговых роботов - компьютерных программ, торгующих самостоятельно, без участия человека.
Отсюда и повальное увлечение техническим анализом - роботы анализируют графики и ряды данных и генерируют заявки на покупку или продажу именно исходя из сигналов технического анализа. Причем данные система, подключенная непосредственно к биржевому серверу, получает автоматически. Анализировать новости (особенно политические) компьютер пока не в состоянии, поэтому собственно фундаментальный анализ используется все меньше.
Этим же объясняется и ориентированность на краткосрочную перспективы. Львиная доля роботов настроена именно на совершение большого числа сделок, фиксирующих минимальную прибыль.
О степени распространения автоматизированной торговли говорит тот факт, что даже в России на долю роботов приходится почти половина заявок на ММВБ и до 90% на срочном рынке РТС. По оценке председателя правления РТС Романа Горюнова, через 3 года 100% оборота на биржах будет роботизировано. По его данным, на EUREX алгоритмическая торговля уже составляет 90%, и эта цифра стремится к 100%.
Бороться биржам и регуляторам против использования автоматизированной торговли непросто. Можно в одночасье распугать всех клиентов - ведь роботу абсолютно неважно, чем торговать, акциями "Газпрома" или контрактами на какао - лишь бы цены колебались и рынок был ликвидным. Но и ситуация, когда мировые финансовые рынки полностью доверены компьютерным программам, напоминает сюжет дешевого фантастического триллера.
Причем этот триллер уже стал реальностью: роботов обвиняли в нескольких масштабных обвалах рынка, в том числе и в обвалах печальной памяти 2008 года.