Согласно заключению экспертов из института имени Сербского, молодежный радикал признан невменяемым
limonka.nbp-info.ru
Новосибирский областной суд в среду направил на принудительное психиатрическое лечение активиста запрещенной Национал-большевистской партии (НБП) Николая Балуева, обвиняемого в подготовке терактов. Согласно заключению экспертов из института имени Сербского, молодежный радикал признан невменяемым.

В отношении другого фигуранта – активиста НБП Вячеслава Русакова дело будет выделено в отдельное производство, а обвинительное заключение пересоставлено, сообщает "Интерфакс" со ссылкой на адвоката обвиняемого Петра Фисенко.

"Дело вернули в прокуратуру. С Балуевым смогут разобраться только после того, как нормализуется его состояние. Останется ли состав обвинения прежним в отношении Русакова - будет известно через месяц", - сказал адвокат.

Ранее повторная психолого-психиатрическая экспертиза, проведенная в Институте судебной психиатрии имени Сербского в Москве, признала невменяемым члена НБП Балуева. Решение направить его на повторную экспертизу по ходатайству обвинения было принято в конце мая 2006 года.

Первоначальное заключение о психическом состоянии Балуева было сделано в специализированном стационаре N3 в Новосибирске. Тогда медики-эксперты пришли к выводу, что Балуев был вменяемым в момент совершения деяний, которые ему инкриминируют, а психическое расстройство в форме "реактивного психоза" развилось во время содержания под стражей.

Согласно материалам следствия, обвиняемые активисты партии Эдуарда Лимонова в течение года занимались поиском и хранением взрывчатых веществ, неоднократно изготовляли самодельные взрывные устройства и пробовали их испытывать, однако все попытки были неудачными.

Оперативная информация о наличии в нескольких местах в Новосибирске и его ближайших пригородах устроенных "лимоновцами" схронов, в которых находятся взрывчатые вещества и оружие, была получена правоохранительными органами 8 мая 2005 года. 9 мая в тайниках было найдено более 2 кг тротила и гексогена и 4 артиллерийских снаряда - два калибром 152-мм и два - 100 мм.

В дальнейшем были установлены лица, которым принадлежат эти тайники. В их квартирах были обнаружены взрывчатые вещества, самодельные боеприпасы и оружие, а также большое количество литературы по изготовлению взрывчатых веществ, проведению диверсионных операций, по огневой подготовке и стрелковому вооружению.

В качестве любопытной детали отметим лишь, что так называемые "схроны" были обнаружены аккурат к празднику Победы, а использование при этом оперативной информации не очень вяжется с утверждением, что хозяева тайников были установлены лишь впоследствии. Известно, что в последние годы спецслужбы и правоохранительные органы активно "разрабатывают" запрещенную ныне партию молодежных радикалов Эдуарда Лимонова.

В ходе следствия Балуеву, Русакову и Дмитрию Казакову были предъявлены обвинения в незаконном хранении взрывчатых веществ (п."а" ч.2 ст.222 УК РФ) и в приготовлении актов терроризма (ч.1 ст.30 и ч.2 ст.205 УК РФ). Однако затем Казаков был освобожден от уголовной ответственности ввиду того, что он заявил о готовящемся преступлении и в дальнейшем сотрудничал со следствием.

Позднее Русакову были предъявлены новые обвинения по ч.2 ст.223, ч.1 ст.223, и по ч.1 ст.222 УК РФ. В отношении Балуева к ранее выдвинутым статьям было добавлено обвинение в незаконном изготовлении взрывных устройств в составе группы (ч.2 ст.223 УК РФ).

По данным следствия, с помощью изъятой взрывчатки планировалось совершить серии устрашающих акций, в том числе взрывов зданий учреждений государственной власти и силовых структур. При этом следствие не обнаружило какой-либо политической подоплеки в их действиях.

Последнее утверждение выглядит по крайней мере странным, в особенности после того, как "нацболы-декабристы", учинившие в 2004 году погром в приемной администрации президента, первоначально были обвинены в попытке насильственного захвата власти. Остается догадываться, по каким причинам наличие взрывчатки, боеприпасов и экстремистской литературы, а также планов подрыва государственных учреждений следствие посчитало недостаточным аргументом для политических обвинений в данном случае.