На улице тех, кто следит за макроэкономической статистикой, наступил праздник. Наконец-то появились данные, призванные засвидетельствовать серьезные признаки выздоровления отечественной экономики после затянувшегося кризиса
Россия-1
ДМИТРИЙ ДОКУЧАЕВ, редактор отдела экономики журнала "The New Times":

На улице тех, кто следит за макроэкономической статистикой, наступил праздник. Наконец-то появились данные, призванные засвидетельствовать серьезные признаки выздоровления отечественной экономики после затянувшегося кризиса.

Речь идет об индексе промышленного производства, который, согласно данным Росстата, вырос в апреле на 10,4 процента по сравнению с соответствующим месяцем 2009-го. Такого существенного роста наша промышленность не видела уже два года. Для сравнения: месяц назад - к марту 2009-го - рост составлял всего лишь 5,7 процента, а в феврале к февралю – и вовсе 1,9 процента.

Бурная апрельская динамика промышленного производства стала приятным сюрпризом для многих аналитических центров, прогнозы которых – даже самые оптимистичные - не превышали 6,5-7,5%. Теперь эксперты не без удовольствия выискивают "драйверы" роста, которые позволили промышленности скакнуть так высоко.

Одним из них называют программу утилизации подержанных автомобилей: выпуск легковых авто вырос по сравнению с мартом на 10 процентов, да еще и привел к подъему смежных отраслей ( например, производство шин увеличилось более, чем на треть). Казалось бы, можно радоваться и ждать новых свидетельств экономического роста в последующие месяцы. Но есть целый ряд факторов, который этому сильно мешает.

Прежде всего, надо учитывать: нынешний высокий рост достигнут по отношению к крайне низкой базе прошлого года. Как раз в апреле 2009-го промышленность упала сильнее всего, достигнув своеобразного дна: "минус" тогда по сравнению с апрелем 2008-го составил 17%. Так что, если даже верить в нынешние цифры, то они отыгрывают, в лучшем случае, чуть больше половины прошлогоднего падения. А верить в эти данные тоже можно лишь с большими оговорками.

Как известно, в нынешнем году Росстат изменил методику подсчета индекса промышленного производства: теперь статистическое ведомство использует иную структуру весов этого показателя. Причем, как именно новые веса стыкуются со старыми, Росстат пока общественности не объяснил. А значит, сравнение данных нынешнего апреля и прошлого носит весьма условный характер, а строго говоря – оно и вовсе некорректно. Поэтому скептики могут и вовсе не верить в эту цифру – 10,4%.

Тем более, что ее появление с макроэкономических позиций объяснить сложно. Не так давно Росстат дал собственную оценку роста ВВП за первый квартал – 2,9%. Эта цифра оказалась более чем в полтора раза ниже, чем та, которую чуть раньше обнародовал Минэкономразвития – 4,5%. Вклад промышленности в ВВП составляет примерно 30%. И теперь эксперты, которые в силу экспериментов Росстата, лишены возможности оперировать точными цифрами для сравнения, задаются вопросом: если главное статистическое ведомство корректирует ВВП в сторону понижения за три первых месяца года, откуда взялась база для промышленного рывка в четвертом месяце?

Значит ли это, что государство нас обманывает, выдавая на гора цифры, приукрашивающие действительность? Не имея доказательств, не будем столь категоричны. Очевидно одно: от данных статистики сейчас заметно зависит инвестиционный климат в стране. За минувший кризисный год инвестиции в российскую экономику упали в разы (прямые иностранные так просто обвалились - со 100 млрд долларов по итогам 2008-го до 7 млрд по итогам 2009-го).

В силу этого государство крайне не заинтересовано в том, чтобы показывать негативную статистику – это лишь углубляет яму, в которую в кризис провалилась отечественная экономика. Соблазн подкорректировать действительность в лучшую сторону весьма велик, а макроэкономические ставки – очень высоки.

Между тем, ставки эти могут оказаться биты в самое ближайшее время: уже тогда, когда придет срок обнародовать майскую статистику. В ней, по идее, должны найти отражение все те негативные явления, которые мы сейчас наблюдаем в связи с европейским долговым кризисом: снижение цен на нефть и доходов от экспорта, укрепление рубля и падение фондового рынка. Да и эффект низкой базы будет сказываться не вечно.

Впрочем, что мы на самом деле увидим в отчете Росстата по итогам мая – сегодня является полной загадкой. И не только потому, что календарный месяц еще не закончился, но и потому, что очень уж большими сюрпризами ныне богата работа статистического ведомства. А пока будем осторожны в своих оценках: прежде чем впасть в подзабытый оптимизм, давайте дождемся устойчивых данных по промышленному росту хотя бы еще в течение пары месяцев. А там уж и за эйфорией дело не станет.